— Как же много в Средневековье голого народу! — пожаловалась Ильза, в смущении отворачиваясь.
А смущаться, надо сказать, было от чего! Размеры впечатляли.
Уж чем-чем, а слабоумием тролль не страдал. Он быстро понял, что жертва ускользнула и выцарапать ее из щели не удастся даже с помощью палки. Злобно зарычав на прощание, великан побрел восвояси, на поиски новых объектов охоты. На этом дело, пожалуй, закончилось бы. Но вдруг приключилось непредвиденное.
Испустив воинственный клич, Эфиселия отпихнула Рагнара, выскочила из расселины и бросилась в атаку на чудовище! Как успела подумать практичная Меридит, у амазонки была бы небольшая надежда на успех, если бы она подкралась к троллю сзади и сразу перерубила сухожилия на ногах. Но крик заставил его обернуться, и единственно возможное преимущество — внезапность — было утрачено.
Тролль резко развернулся и ловким, отработанным движением сцапал амазонку поперек туловища… и сразу потащил в рот. По слухам, тролли обычно подвергали свои жертвы хотя бы минимальной термической обработке. Но этот, видимо, здорово проголодался и решил закусить свежатиной.
Деву Эфиселию вся компания успела здорово невзлюбить. Но смотреть, как новую спутницу пожирают заживо, оказалось выше их сил. Не сговариваясь, они устремились на помощь. Тихо. Молча. И так же не сговариваясь, Хельги и Меридит почти одновременно рубанули увлеченного добычей монстра по ногам. Тот взревел от боли, споткнулся и, широко размахнувшись, отшвырнул деву в сторону. Тело глухо стукнуло о камни.
Нет, этот тролль был совсем не дурак. Следующее, что он предпринял, это схватил огромную каменную глыбу и завалил вход в расселину! Путь к отступлению был отрезан.
Раны не лишили монстра возможности передвигаться, только умерили прыть. Бой шел с переменным успехом. Временами казалось, что чудовище начинает выдыхаться. Но скоро силы возвращались к нему, и он атаковал. Молотил направо и налево огромной дубиной, способной с одного взмаха развалить целый дом. Швырялся целыми каменными глыбами, хорошо, что не очень метко. Но от ударов о землю во все стороны отскакивали, разлетались камни помельче и колотили нещадно, оставляя страшные кровоподтеки и глубокие ссадины… Друзья могли бы убежать, если бы не неподвижное тело амазонки, к которому враг никак не позволял подобраться.
И вновь в который раз уже они с сожалением вспоминали об инфернальном мече из драконьего серебра. Как бы он сейчас пригодился! Не брало тролля обычное оружие. Ранило, но не убивало.
— Хельги, — взмолилась Энка, едва приходя в себя от удара по спине, на ее счастье скользящего, — попробуй его через астрал завалить! Сил больше нету!
Попробовал. В магическом пространстве туша северного людоеда выглядела как серое, расплывчатое пятнышко величиной с орех. Такого не ухватишь, проскользнет между пальцами.
— Тогда камни свои раскинь! О-ой! — Осколок рикошетом попал ей по колену.
— Не выйдет… Ай! Демон побери!.. Спригганская магия на троллей не действует! Давно проверено!
Оставалось одно — дожидаться спасительного рассвета.
Как долго, как мучительно тянулось время! Казалось, не будет конца битве и надо либо пожертвовать амазонкой и отступить, либо смириться с неизбежной гибелью. Но конец приходит всему. Первый, очень робкий, очень бледный лучик солнца чуть озарил самый краешек неба над Безрудными горами.
Тролль окаменел мгновенно. Он, наверное, даже не успел понять, что с ним происходит. Так и замер, как был, с дубиной в поднятой руке. Но превращение на этом не остановилось. Окаменевшая фигура продолжала обрастать камнем и в течение часа превратилась в бесформенную гранитную глыбу, сохранившую лишь общие очертания, отдаленно напоминавшие живое существо.
В ее благодатной тени Аолен до самого полудня пользовал хворых и увечных.
— Идиотка! — рычала Меридит, не обращая внимания на плачевное состояние организма амазонки. Если бы не бдительный Аолен, она бы, пожалуй, еще и треснула ее хорошенько! — Какого демона ты все это устроила?! Что за вожжа тебе под хвост попала?! Чуть не угробились из-за тебя!
Дева взглянула надменно.
— Спасать мир своими подвигами — вот мое предназначение. Я не намерена убегать от опасностей и отсиживаться по щелям подобно вам, жалким трусам!
Такого обвинения не смогла выдержать даже рыцарская натура Рагнара.
— Когда бы не мы, жалкие трусы, то вы, дамочка, теперь бы не с нами беседовали, а лежали кучкой троллячьего помета! — выпалил он и сам порадовался, как складно сказалось.
Но верная себе диса все-таки поправила:
— «Троллячьего» — так не говорят.
— Чего вы с ней спорите, она же ненормальная, — вмешался Эдуард. — Вы посмотрите, у нее даже глаза дикие!
Все послушно посмотрели. Ничего особенного не увидели, но опровергать слова принца не стали.
— Думайте что хотите, — усмехнулась Эфиселия, — но именно благодаря мне подвиг совершен. Сделан первый шаг к спасению мира.
Хельги сел, прислонившись к бывшему троллю. До него никак не доходила очередь на исцеление левой сломанной руки, поэтому к общению он был мало расположен. Но обстоятельства требовали.
— Подвиг должен иметь цель, — сказал он, морщась. — Не абстрактную вроде спасения мира, а вполне конкретную. Он должен принести кому-то пользу. Иначе это не подвиг, а просто дурость. Бессмысленный риск, вызванный желанием повыпендриваться.
На личные оскорбления амазонка не реагировала, но слова демона задели ее за живое. Бледное лицо пошло пятнами, ноздри возмущенно раздувались.
— Я… Мы, — все-таки поправилась она, — мы истребили отвратительное чудовище, наверняка наводившее ужас на всю округу. Мы избавили от него здешних обитателей, подарили им спокойную жизнь. Мы действовали им во благо.
Хельги невесело усмехнулся:
— Не обольщайся. Как там Энка говорит?.. Сытное место пусто не бывает. Как только станет известно, что территория освободилась, сюда непременно явится другой тролль. К старому население уже привыкло: знали его повадки, часы охоты, умели спрятаться или откупиться. К новому надо будет приспосабливаться не один месяц. За это время поляжет куча народу. Вряд ли нам скажут спасибо!
— Так что же ты сразу не предупредил?! — возмутился до глубины души Орвуд. — Стоило спасать эту свиристелку, — он кивнул на деву, — если от нее окружающим только вред! Пусть бы себе пропадала, если хотела! В другой раз полезет на рожон — пальцем не шевельну! А если сами надумаем геройствовать, нужно сперва разузнать, хотят того местные или нет… Может, они нам и приплатят когда, за подвиг-то…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
